+7 (499) 110-86-37Москва и область +7 (812) 426-14-07 Доб. 366Санкт-Петербург и область

Если стоит на учете в полиции и избил жену

Если стоит на учете в полиции и избил жену

Можно ли помочь тем, кто подвергается издевательствам со стороны близкого человека? Начало читайте здесь. Мало того, что жена избита, так еще она теряет определенную сумму. Олег Каразей: К сожалению, это действительно проблема, и в экспертных кругах она обсуждается.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: «Украл, подрался – на учет»

Дорогие читатели! Наши статьи рассказывают о типовых способах решения юридических вопросов, но каждый случай носит уникальный характер.

Если вы хотите узнать, как решить именно Вашу проблему - обращайтесь в форму онлайн-консультанта справа или звоните по телефонам, представленным на сайте. Это быстро и бесплатно!

Содержание:

Побои от мужа. Что делать если муж бьет жену и ребенка?

Можно ли помочь тем, кто подвергается издевательствам со стороны близкого человека? Начало читайте здесь. Мало того, что жена избита, так еще она теряет определенную сумму. Олег Каразей: К сожалению, это действительно проблема, и в экспертных кругах она обсуждается. По закону, альтернатива штрафу по статьям, предусматривающим ответственность за насилие в семье, — административный арест. Он тоже не бесплатный. За время пребывания в ИВС человек должен оплатить питание, а это больше 10 рублей за сутки.

Понятно, для сельской местности, где доходы ниже, это приличная сумма. Поэтому административный арест также не решает проблему. Какие могут быть варианты? Одним из них, на мой взгляд, самым идеальным, как альтернатива штрафам и аресту, было бы прохождение коррекционной программы. Что она из себя представляет, мы понимаем, так как соответствующая международная практика уже адаптирована в Беларуси. Но эти программы долгосрочные и требуют от специалистов определенной подготовки.

Другой вариант — привлечение органами внутренних дел к работе с гражданами, состоящими на профилактическом учете, психологов и других специалистов. По закону, мы имеем право приглашать агрессора раз в месяц для профилактической беседы.

Проблема в том, что в соответствии с действующим законодательством в случае примирения либо отсутствия заявления пострадавшей никаких мер в отношении его не имеем права применить. Мы предлагаем отказаться от привязки проведения профработы к факту привлечения к той или иной ответственности. Как только идентифицирован скандал как таковой, к агрессору должно применяться защитное предписание. А если пострадавшая хочет привлечь его, пусть пишет заявление.

Одно дело, пощечина, другое — синяки, разбитое лицо…. Первый вариант — причинение продолжительной боли или мучений способами, вызывающими особые физические и психические страдания потерпевшего. Второй — систематическое нанесение побоев. Необходимо подтвердить три факта избиения. Тогда деяние уголовно наказуемо. В году мы добились дополнения Кодекса об административных правонарушениях ответственностью за причинение побоев. Ежегодно только к административной ответственности привлекаются более 50 тысяч человек, более 2 тысяч — к уголовной.

Статья Уголовного кодекса активно применяется на практике при квалификации насилия в семье и устанавливает ответственность за угрозу убийством. Однако ее санкция предусматривает максимальное наказание до 2 лет лишения свободы. Это не позволяет следствию избирать меру пресечения в виде заключения под стражу, соответственно подозреваемый и потерпевшая продолжают дальше жить вместе. Приведу пример: в Гомельской области в году возбудили уголовное дело в связи с угрозой убийства.

Но бывшие супруги продолжали жить в одной квартире, мужчина даже успел жениться. В результате очередного скандала агрессор выбросил женщину с балкона, и она погибла. Это именно та ситуация, которая с точки зрения закона не рассматривается как насилие в семье, так как это уже не члены одной семьи, ведущие общее хозяйство, хотя и проживали под одной крышей.

Есть много нюансов с точки зрения законодательства, поэтому мы и хотим разрешить подобные проблемы, выходим с инициативой внесения дополнения. Почему ты терпишь? Ольга Казак: Женщина не решается уйти по разным причинам. Например, финансовая зависимость, особенно тогда, когда дети маленькие. Непросто уйти даже с одним ребенком, а когда их трое или четверо Непросто дается решение уехать в убежище, нужно успеть собрать одежду, учебники, лекарства.

Не единожды я была свидетелем, когда женщины собирали вещи, чтобы спрятаться в убежище. О себе думали в последний момент, хватали детское. И почему мы говорим о том, что уходить должна именно она, а не агрессор. Разве это нормально? Ольга Горбунова: Никогда не нужно обвинять пострадавших. Мы насчитали уже 33 причины, чтобы остаться, и только одну, чтобы выжить.

Пока общество будет давать почву, чтобы пострадавшие испытывали стыд, страх признаться и рассказать о насилии, вину за происходящее, ничего не изменится. К сожалению, он часто встречается в нашем обществе. Даже когда читаешь комментарии к статьям по теме домашнего насилия, все вопросы адресованы в адрес женщин. Но никто не задает вопросы агрессору. Почему бил? Почему не уйдешь, если она такая плохая жена и мать? Наше общество жестоко.

Мало того, что агрессор убеждает жертву, что именно она виновата во всем, очень часто пострадавшие не находят поддержки даже со стороны близких. К сожалению, у нас не говорят с осуждением о моральном облике мужчины, избивающем зачастую на глазах у детей свою жену. Наша организация в году проводила опрос 50 женщин, обратившихся за помощью. Половина из них рассказали, что подвергались систематическому физическому насилию, даже находясь в состоянии беременности.

Сын — мать, муж — жену, отец — дочь, и наоборот. На мой взгляд, агрессии с каждым годом все больше. Или я не права? Анна Коршун: Думаю, количество случаев домашнего насилия не увеличивается, но о них стали чаще открыто говорить. В нашем менталитете это рассматривалось в качестве внутренней проблемы семьи, которую нельзя было обнародовать. Сейчас и сами женщины стали чаще обращаться за защитой, и в СМИ эта проблема освещается постоянно.

Ольга Горбунова: Да, я соглашусь, предпринимаются большие усилия, чтобы сделать эту тему более видимой. Но, на мой взгляд, судя по тому, что мы наблюдаем за 15 лет, само насилие меняется.

Если раньше к нам обращались пострадавшие с классической ситуацией: в будние дни семья живет спокойно, а по выходным при злоупотреблении спиртным начинаются скандалы и избиения. Нынешние ситуации, в которых оказываются наши клиентки, даже представить страшно. Тому, что происходит за закрытыми дверями квартир, не знаю в каких фильмах можно научиться. Насилие стало изощренным, извращенным, я бы даже сказала.

Это не просто побои, и это страшно. Толерантность к нему повышается. В массмедиа доступно показывают его даже самым маленьким детям, которые вместе с родителями могут смотреть телевизор.

Не говоря уже о том, что они видят в интернете. Анна Коршун: Увы. При этом некоторые из них знали об этом еще до вступления в брак, но надеялись на то, что в их семье подобного происходить не будет.

Агрессоры хорошие психологи. Они убеждают, что били предыдущую жену из-за ее неправильного поведения, образа жизни и так далее. И женщины в это верят, к сожалению. Ольга Казак: Комплексная программа с агрессорами все же позволяет надеяться, что они изменятся, но она очень длительная. Без нее я сомневаюсь, что человека может что-то или кто-то изменить. Может быть, есть исключения, но нам такие случаи неизвестны.

Ольга Горбунова: Мы оказывали помощь женщине, которую избивал сын. И после встречи с нашим психологом достоверно знаем, он прекратил насилие.

На встрече был очень расстроен, испытывал стыд. Можно сменить несколько жен, но пока человек сам не изменится, будет происходить трансляция насилия постоянно. Ольга Горбунова: Здесь есть несколько аспектов.

Горожанам доступно больше информации, сервисы сосредоточены в крупных городах. Женщина из глубинки Витебской области не подумает даже обратиться в Минск и тем более не поедет в убежище. Для сельских жителей это очень большая проблема. Наши информационные кампании не всегда даже доходят до них. Часто люди не знают, что есть такая помощь или можно обратиться, чтобы тебе помогли и защитили.

Существует много ведомств, задействованных в решении данной проблемы. Это те же врачи, работники территориальных центров соцобслуживания населения, сотрудники отдела образования, участковые инспекторы милиции. В районных центрах работают кризисные комнаты. Основная профилактическая и информационная помощь должна вестись местными социальными службами, социально-педагогическими центрами. Мы принимаем звонки со всей страны. Обращаются в основном женщины в возрасте от 27 до 40 лет, замужние, имеющие одного или двоих детей и проживающие в Минске либо Минской области.

Соглашусь с коллегами: в этом регионе больше информационных кампаний, проводимых общественными организациями. И люди социально активнее. В деревне жители могут не иметь даже доступа к интернету либо в силу своих занятий или работы им попросту не до этого.

Семейно-государственное дело

В комментариях к посту о том, как я участвовал в гражданском аресте , меня упрекнули в желтизне заголовка и том, что я сомневался в необходимости встревать в эту историю. Хотя я просто пытался предупредить, что инициатива может не принести ожидаемого позитива. Да и результат может быть под вопросом. Тем не менее, даже после такого опыта у меня не получается быть равнодушным. Я обещал рассказать ещё одну историю — о том, как я вмешался в ситуацию с домашним насилием.

Многим женщинам приходится сталкиваться с домашним насилием своего гражданского или официального супруга. Муж может прибегнуть к насилию по разным причинам: под воздействием алкоголя, в порыве гнева или он тиран по своей природе. Как же правильно поступить женщине в подобной ситуации?

Побои — одно из самых распространенных проявлений домашней тирании. К сожалению, знаменитая пословица о выражении любви и привязанности путем избиения законной супруги далеко не всегда являет собой истину, и такое проявление чувств может нанести существенный ущерб здоровью всем членам семьи. Многие женщины не стремятся обнародовать свои отношения в семье, чем ставят под угрозу не только себя, но и своих детей. Что делать если муж бьет жену и ребенка — об этом я расскажу в этой статье. Бьет муж

Уголовное наказание за избиение жены. Важно знать, куда обращаться и что делать, если муж бьет жену

Особый резонанс вызывают преступления, связанные с насилием над детьми: отчим изнасиловал падчерицу, родители-алкоголики пропили квартиру, оставив детей на улице… И это лишь верхушка айсберга — дела, которые вышли за рамки семейных, так как вмешалась милиция и общественность. А случаев, когда поскандалившие родственники разбираются сами, без милиции и скорой помощи, в тысячи раз больше. В качестве примеров семейного насилия приведем свои, местные новости. На Сумщине муж забил жену. В Шостке, во время семейной ссоры летний мужчина избил свою жену, а наутро женщина умерла от полученных травм. Женщина за такие слова решила отомстить мужу и водки больше не дала. Разъяренный Александр начал толкать женщину, а когда та упала, стал бить руками и ногами. Выплеснув таким образом свою ярость, мужчина ушел спать. Теперь мужчине грозит лишение свободы сроком от 7 до 10 лет.

.

.

.

.

.

.

На заднем плане стоят мать Олега, жена Юлия и сам Белов. Есть данные, что он избивал детей, не лучшим образом относился к жене, теща не скрывала Когда 4 августа квартиру Беловых вскрыли полицейские, внутрь было У нас он ни на учете, ни на лечении никогда не находился, - говорит Ольга.

.

.

.

.

.

.

.

Комментарии 1
Спасибо! Ваш комментарий появится после проверки.
Добавить комментарий

  1. Панкратий

    Тарас а как же то, что закон обратной силы не имеет? Все юристы об этом утверждали когда люди покупали евробляхи и интересовались вопросом повышения штрафов(что и произошло),а нам отвечали мол не бойтесь если сейчас штраф 8500 то на вас не будет распостранятся новые штрафы хоть они будут и миллион,что скажете на это?

© 2018-2019 arch-mine.ru